Предпосылки зарождения традиций письменной культуры и книжного дела в Центральной Азии

Авторы: Шаякубов Шомансур Шакабилович, Бурханова Сабо Тулановна

.

Рубрика: Исторические науки

Страницы: 118-123

Объём: 0,42

Опубликовано в: «Наука без границ» № 2 (19), февраль 2018

Скачать электронную версию журнала

Библиографическое описание: Шаякубов Ш. Ш., Бурханова С. Т. Предпосылки зарождения традиций письменной культуры и книжного дела в Центральной Азии // Наука без границ. 2018. № 2 (19). С. 118-123.

Аннотация: В статье рассмотрены предпосылки зарождения письменной культуры и книжного дела, сложение комплекса произведений устного народного творчества, процессы превращения восточно-иранского эпоса в достояние всех ираноязычных народов и распространение с Востока на Запад зороастризма в качестве религиозного учения. 

На различных этапах древности и раннего средневековья на землях Турана и Туркестана, части территории Центральной Азии и Средней Азии, исторически сложилось несколько больших и малых этнокультурных областей: Хорезм, Бактрия, Парфия, Маргиана, Согд, Фергана, Уструшана, Чач, Исфиджаб, Тохаристан, Кобадиан, Чаганиан, Хутталян, Бамиан, Шугнан и другие. Ретроспективно в различные исторические эпохи в разных областях Центральной Азии возникали, приходили в упадок и вновь создавались самостоятельные государства либо отдельные части ее территории входили в состав крупных государств, таких как древнеиранское государство Ахеменидов (558-330 гг. до н. э.), государство Селевкидов (конец IV – середина III вв. до н. э.), Греко-Бактрийское (256 г. до н. э. – середина I в. до н. э.), и Парфянское (250 г. до н. э. – 224 г. н. э.) государства, Древнехорезмское государство (IV в. до н. э. – I в. н. э.), Хорезмское царство Афригидов (IV-VIII вв. н. э.), древнеферганское государство Давань (II в. до н. э. – III в. н. э.), государство Кангюй (II в. до н. э. – III в. н. э.), государство Кушан (I в. до н. э. – III в. н. э.), Сасанидское государство (224-651 гг. н. э.), Эфталитское государство (IV-V вв. н. э.), Тюркский каганат (551-744 гг. н. э.). Накануне арабского нашествия (конец VII – начало VIII в.) земли Средней Азии были раздроблены на десятки мелких удельных княжеств. В частности, на юге в долинах Сурхана и Шерабаддарьи существовало государственное образование Чаганиан. Бухарское владение считалось полусамостоятельным государством во главе с правителями – бухар-худатами. Кешская область (долина Кашкадарьи), земли Самаркандского оазиса входили в состав согдийской конфедерации. Ташкентский оазис в политическом плане находился в большей зависимости от Тюркского каганата – управлялся непосредственно ставленниками каганов, которых называли тудунами. В Ферганской долине существовало самостоятельное царство – правители носили титул царя Ферганы (Фраганик ихшид – согдийских источников). В древних и раннесредневековых государствах существовали сотни крупных и малых городов, высокого уровня развития достигли земледелие, ирригация, ремесленное производство, возникли самобытные формы архитектуры и градостроительства, были созданы выдающиеся памятники художественной культуры, оригинальные постройки дворцовых и храмовых комплексов, городских кварталов, библиотек, рынков, ремесленных рядов.

Два важнейших фактора древней истории – истории культуры и религии народов Средней Азии и Ирана, не вызывают сегодня сомнения у подавляющего большинства ученых. Первый из них – это так называемое восточно-иранское (собственно среднеазиатское) происхождение иранского эпоса и последующее постепенное заимствование и усвоение его в западной части древнего Ирана. Второй фактор заключается в том, что зороастризм в качестве религиозного учения, вобравшего в себя все лучшие элементы культуры своего времени, а также идею единобожья, монотеизм, возник именно в Средней Азии на почве религиозных и культурных структур местных народов.

Первые элементы до зороастрийской культурной традиции, зарождавшиеся в форме народных обычаев, легенд, сказаний, мифов, гимнов божествам и героям, возникают в среде древних народностей Турана во II – начале I тысячелетия до нашей эры. Становление Ахеменидской империи в середине VI в. до н. э. означало для Средней Азии и прилегающих к ней районов объединение в качестве восточной части древнеиранского государства с западным Ираном (Мидия, Персия, собственно территория современного Ирана и Азербайджана). К этому времени у центральноазиатских народностей сложился комплекс произведений устного народного творчества, составными частями которого являлись серии мифов, религиозных преданий, героических эпических сказаний. Мотивы и следы многих из них получили отражение в Авесте – священном писании и основном каноне зороастризма.

Многие авторитетные ученые считают, что процессы превращения восточно-иранского эпоса в достояние всех ираноязычных народов и распространение с Востока на Запад зороастризма в качестве религиозного учения, начавшись с появлением Ахеменидской империи, продолжались в течение многих последующих столетий. Так, академик В. В. Бартольд высказывал мнение, что ускорение и значительное наполнение данного процесса произошло при парфянской династии Аршакидов [1, c. 487-488]. Ученый-иранист проф. В. А. Лившиц считает «установленным, общность мифологии у древних иранцев не сопровождалась изначальной общностью эпических сказаний и циклов, и что Западный Иран познакомился с эпосом восточно-иранских народов лишь при Аршакидах, в эпоху когда связи между восточными и западными областями стали гораздо более тесными, чем это было при Ахеменидах. Только начиная с парфянского периода цикл героических сказаний о Кеянидах стал источником общеиранского эпоса» [2, c. 169].

По вопросу о распространении зороастризма в западных землях Ирана также высказано немало близких друг другу точек зрения. «Зороастризм родился в Восточном Иране (согласно традиции, в Бактрии), затем распространялся на Запад. В Позднейшее время центром его стала Мидия, а преимущественными носителями традиции стали мидийцы – маги, - утверждает современный компендиум знаний по иранскому языкознанию.

По мнению крупных специалистов по дренеиранской истории М. А. Дандамаева и В. Г. Луконина, зороастризм начал укореняться в Персии на рубеже VI-V вв. до н. э. [3, c. 74]. Мэри Бойс, современный английский историк, автор фундаментальных исследований по истории зороастризма, утверждает, что зороастризм был государственной религией не только трех великих империй (ахеменидской, парфянской, сасанидской), но, возможно, уже мидийский царь Астиаг (584-549 гг. до н. э.) правил над приверженцами этой религии [4, c. 114].

На популяционном уровне этносферы все этнически близкие племенные общности, этносы и суперэтносы Средней Азии и Ирана, говорившие на родственных языках восточно-иранской и тюркской групп, весь период древности и раннего средневековья представляли собой единую систему – ирано-тюркский суперэтнос. Вектор развития данного суперэтноса определяли, с одной стороны, процессы межэтнической интеграции и дифференциации, этногенетической эволюции отдельных народов и народностей, с другой – процессы культурного взаимовлияния и синкретизма. Весь период древности и раннего средневековья указанный суперэтнос развивался, оставаясь в социокультурном отношении явлением по многим своим параметрам однородным. По аналогии с такими понятиями, выработанными мировой исторической наукой, как шумеро-вавилонский и египетский «древний мир», греко-римский «античный мир» или «буддийский мир» применительно к древнему периоду ряда стран Юго-Восточной Азии и Китая, ирано-тюркский культурный мир с полным на то основанием можно назвать ирано-тюркским «зороастрийским миром».

Действительно, в плане истории культура древности и раннее средневековье в Средней Азии и Иране были единой социокультурной эпохой. Зороастризм, сам рожденный на среднеазиатской культурной почве, получил распространение прежде всего среди местных народов – хорезмийцев, парфян, согдийцев, саков, бактрийцев, маргианцев, ферганцев. Идеология зороастризма пронизывала все ячейки, все поры общественной жизни. Как форма общественного сознания, вобравшая в себя квинтессенцию выработанной массами богатейшей мифологии, легендарной истории, произведений устного народного творчества, и как отражение повседневных культурных традиций и народных обычаев зороастризм и его принципы регламентировали основные параметры образа жизни, систему ценностных ориентаций личности, морально-нравственных, этических и эстетических норм и установлений, стали составной частью быта, на протяжении многих веков определяли способы существования, формы жизни и общественной саморегуляции народностей.

Синкретизм и взаимообусловленность народной культуры и зороастризма были настолько сильны, что, например, оставаясь по убеждениям и личностным установкам человеком зороастрийских жизненных принципов и религиозных представлений, он без особых для себя моральных издержек мог осознанно принять в качестве религиозных догматов элементы и системы буддийской или манихейской или христианской религий, имевших распространение в Центральной Азии в раннесредневековый период.

Включение центральноазиатских земель в состав Ахеменидской державы и последующая эволюция государственных образований народов Центральной Азии в различные исторические периоды своего развития создавали благоприятные условия для оживления международной торговли и культурного обмена, общения народов. Так, касаясь вопроса культурного взаимовлияния различных народов в Ахеменидской империи, академик Б. Г. Гафуров подчеркивал: «Материальная и духовная культура разных народов амальгамировалась, и в результате постепенно возникла культура Ахеменидской державы, которая в значительной степени явилась синтезом научных знаний, приемов искусства и религиозных верований многих стран. В эту культуру свою лепту вносили многие народы, в том числе, конечно, и народы Средней Азии. Большую роль в державе Ахеменидов играли бактрийцы, хорезмийцы, согдийцы, парфяне, маргианцы, саки и другие народы» [5, 91].

Процесс обоюдного заимствования и усвоения культурных достижений, непосредственных контактов народов и отдельных их представителей происходили на самых разных уровня – государственном, торговом, культурном. «В частности, в IV в. до н. э. парфянин Амминасп был правителем Египта… Документ времени Дария I из города Сиппара упоминает сака по имени Сакиэта… На далеком острове Элефантине жил и владел домом хорезмиец Даргман… В Ниппуре и других городах Вавилонии жили и работали совместно вавилоняне, египтяне, карийцы, лидийцы, мидийцы, индийцы, саки, бактрийцы, хорезмийцы…» [5, 98]. Большие людские массы воинов – выходцев из Центральной Азии принимали участие в походах древнеперсидских, селевкидских, греко-бактрийских, парфянских царей в страны Малой Азии, Египет, Грецию, Рим, Индию, длительное время компактно проживали большими колониями в крупных городах этих стран. В свою очередь в Центральной Азии проживало много выходцев из западных стран. В V в. до н. э. здесь жили эмигранты из греческого города Милета. Часть жителей североафриканского города Барка была переселена при Дарии I в Бактрию. Почти во всех крупных городах Центральной Азии жили представители ахеменидской государственной канцелярии, в частности, арамейские писцы [5, 104]. Немалые контингенты греческих войск, представители греческой администрации постоянно проживали в Центральной Азии при Селевкидах и в Греко-Бактрийском царстве.

Высокоразвитая для своего времени книжная культура этих стан, богатый опыт организации в них процессов книжного дела, таких как книгопроизводство, существовавшего в форме рукописного размножения книг, книжная торговля и создание книгохранилищ-библиотек не могли не оказать влияния на возникновение, а также на эволюцию в последующие эпохи книжного дела народов Центральной Азии. Непосредственные культурные контакты с западными соседями (Мидия, Вавилон, Ассирия, Иудея), у которых древние народы Турана и Ирана переняли клинопись и арамейское письмо, обусловили возникновение у них традиций составления летописей, хроник завоевательных походов, письменные фиксации крупных событий, важных исторических фактов и эпизодов. Именно эти образцы словесного творчества ираноязычных народов рассматриваются сегодня в науке, как первые опыты на пути создания произведений письменной литературы. Речь идет о «Памятописных книгах» ахаменидских царей, хранившихся в сокровище - хранилищах Вавилона, Экбатана и Сузы [6, 201]. О том, что эти исторические анналы записаны арамейским письмом на арамейском языке свидетельствует ряд древнегреческих авторов – Геродот (V, 58), Диодор (II, 32, 4), Фукидид (IV, 50, 2), а также Библия (кн. Ездры, 4, 7). И если «летописные» записи ахеменидских царей можно назвать первыми образцами повествовательного, т. е. прозаического жанра, то Гаты – стихотворные проповеди основателя зороастризма Зороастра, авторство которого для определенной части Гат считается в науке бесспорным, - есть первые образцы поэтического жанра восточноиранского (среднеазиатского) происхождения, согласно сведениям из истории зороастрийской религии, впервые записанным в VI в. до н. э. арамейским письмом на древнеперсидском языке. Следует здесь отметить и тот факт, что наряду с историческими документами и династийными хрониками в царских архивохранилищах хранилась и священная книга зороастрийской религии Авеста (составной частью которого были Гаты). Авеста и отрывки из нее хранились также в святилищах огнепоклонников – зороастрийских храмах.

Таким образом, из всего сказанного выше можно заключить, что непосредственное ознакомление иранцев, хорезмийцев, маргианцев, парфян, саков, согдийцев, бактрийцев и других с состоянием книжного дела у культурных народов древнего мира, заимстовование и трансформация их богатых традиций письменной культуры и книжного дела в зороастрийской культурной среде произошло в тот исторический период, когда все они находились в составе единого Ахеменидского государства, которое, став, по выражению академика Б.А.Тураева, «владыкой культурного мира», приобщило населявшие Персию и страны Центральной Азии народы к мировым достижениям в этой области. Процесс этот получил продолжение и свое новое реальное наполнение в образовавшихся после распада империи Ахеменидов новых центральноазиатских государствах.

Таковы, на наш взгляд, наиболее общие контуры и отличительные особенности типологической модели и основных тенденций этногенетического и социокультурного развития центральноазиатского общества в древности и раннем средневековье как формы существования ирано-тюркского суперэтноса зороастрийского мира и зороастрийского типа культуры; таковы исторические и культурные предпосылки зарождения у народов Центральной Азии традиций письменности и книжного дела.

Список литературы

  1. Бартольд В. В. Согд // Собрание сочинений. Т. III. М. : Наука, 1965.
  2. Лившиц В. А., Луконин В. Г. Среднеперсидские и согдийские надписи на серебряных сосудах // ВДИ. 1964. № 3.
  3. Дандамаев М., Луконин Г. К вопросу о культе Наны (Анахиты) в Согде // Советская археология. 1967. Т. I.
  4. Бойс М. Зороастрийцы: верования и обычаи. М., 1981.
  5. Гафуров Б. Г. Средняя Азия в древности и средневековье. М. : Наука. 1977.
  6. Оранский И. М. Введение в иранскую филологию : переработанное и дополненное второе издание, подготовленное И. М. Стеблин-Каменским. М. : Вост. лит., 1988.

 

Материал поступил в редакцию 15.02.2018
© Шаякубов Ш. Ш., Бурханова С. Т., 2018