акция

Проблемы использования свидетельских показаний в качестве средства доказывания в гражданском и арбитражном процессе

Авторы: Чебыкина Юлия Олеговна

.

Рубрика: Юридические науки

Страницы: 76-81

Объём: 0,48

Опубликовано в: «Наука без границ» № 5 (10), май 2017

Скачать электронную версию журнала

Библиографическое описание: Чебыкина Ю. О. Проблемы использования свидетельских показаний в качестве средства доказывания в гражданском и арбитражном процессе // Наука без границ. - 2017. - № 5 (10). - С. 76-81.

Аннотация: Настоящая статья посвящена проблемам, с которыми приходится сталкиваться как судам, так и лицам, участвующим в деле при использовании свидетельских показаний в качестве средства доказывания. В работе проводится анализ законодательных норм о свидетельском иммунитете, исследуются методы борьбы с лжесвидетельством. В заключении делается вывод о том, что данное средство доказывания следует применять крайне осторожно, сопоставляя с другими средствами доказывания, так как по своей правовой природе данное средство доказывания не бесспорно.

В настоящее время, ни гражданское процессуальное, ни арбитражное процессуальное законодательство не содержит определения понятия свидетельские показания. В различные периоды развития науки процессуального права, учеными-теоретиками предлагались различные определения данного понятия. Сейчас, большинство исследователей соглашаются с понятием, предложенным В. В. Молчановым: «Показания свидетеля – это устное сообщение юридически незаинтересованным лицом сведений об относимых к делу обстоятельствах, о которых оно осведомлено лично или из известных источников, полученных в установленном законом порядке» [1].

Свидетельские показания могут быть использованы при рассмотрении практически любых категорий дел и служат для установления многочисленных фактов. Однако существуют трудности, связанные обоснованным недоверием к свидетельским показаниям, сомнением в правдивости сообщаемых сведений, основанные на возможной фактической заинтересованности самих свидетелей. Кроме того, немалое влияние оказывает правило допустимости доказательств, которое устанавливает ограничения в использовании свидетельских показаний. Свидетельскими показаниями не могут подтверждаться те факты, которые требуют использования письменных доказательств для своего установления.

Исходя из предмета показаний свидетельские показания подразделяются на: сведения-информацию (свидетель, лично воспринимавший обстоятельства дела сообщает сведения о фактах, имеющих значение для дела), сведения-суждения (свидетель дает показания об образе жизни и поведении участников процесса, на этом основании руководствуясь принципами формальной логики, суд оценивает обстоятельства дела), показания следующих свидетелей (свидетели, лично воспринимавшие обстоятельства дела, которые являются одновременно и обладателями специальных знаний, сообщают сведения о фактах).

С точки зрения автора, включение в данную классификацию такой группы свидетельских показаний, как сведения-суждения неправомерно. В соответствии с ч. 1 ст. 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), свидетельские показания должны содержать сведения о фактах, имеющих значение для дела [2]. Оценочные суждения, доводы, объяснения свидетелей хотя и могут входить в предмет свидетельских показаний, но не обладают доказательственной силой и доказательством не являются. С другой стороны, любое свидетельское показание – это личное доказательство, и неразрывно связано с субъективной оценкой фактов. Зачастую сведения-информация и сведения-суждения тесно переплетены, но, все же суду стоит стремиться к тому, чтобы отграничить данные доказательства друг от друга, и выводы суда ни при каких условиях не должны быть основаны на вероятностных предположениях лиц.

В любом случае, к такому виду доказательств, как свидетельские показания судам следует относиться аккуратно. Ведь многие свидетели по гражданским делам состоят в тесных взаимоотношениях с обвинительной стороной (дружеских, служебных, любовных и пр.). В связи с этим, суды неукоснительно должны соблюдать требования ч. 2 ст. 177 ГПК РФ, закрепляющую обязанность суда выяснить отношения свидетеля к лицам, участвующим в деле. Вероятно, многие свидетели вообще не должны привлекаться к участию в процессе, ввиду своей необъективности. Также и в гражданском и в арбитражном процессуальном кодексах законодательно установлены нормы, запрещающие свидетельство по слухам, свидетели всегда должны указывать источники своей осведомленности [2, 3].

Вместе с тем, игнорирование свидетельских показаний, с точки зрения высших судебных инстанций, является существенным нарушением процессуальных правовых норм. К примеру, Верховный суд говорит в своем определении: «Дело по иску о признании завещания недействительным, признании права собственности направлено на новое рассмотрение, поскольку в нарушение требований ГПК РФ суд после отмены судебного решения не допросил свидетелей, не устранил имеющиеся в показаниях свидетелей противоречия, не выполнил указания судебной коллегии городского суда устранить все противоречия в показаниях свидетелей, при этом именно их показания положил в основу решения о частичном удовлетворении» [4].

Некоторые свидетели обладают определенной привилегией, их освобождают от дачи показаний, это называется свидетельским иммунитетом. Свидетельский иммунитет известен еще со времен Древнего Рима, когда свидетелями не могли быть лица, обвиняемые в преступлениях, малолетние дети, клиенты против своего патрона, защитники против обвиняемого [5]. В настоящее время в Конституции РФ закреплено правило, согласно которому никто не обязан свидетельствовать против себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом. Федеральным законом могут устанавливаться иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания [6].

Свидетельский иммунитет способствует расширению прав свидетелей и повышает их правовую защищенность, а также служит способом борьбы с лжесвидетельством. В зависимости от характера волеизъявления выделяют абсолютный (когда свидетель обязан отказаться от дачи показаний и одновременно его нельзя допрашивать) и относительный иммунитет (когда свидетель обладает правом отказаться от дачи показаний в предусмотренном законом порядке). Также иммунитет подразделяется на полный (свидетель может полностью отказаться от дачи показаний) и частичный (может отказаться от дачи показаний по отдельным вопросам).

Вместе с тем, порой сожители, бывшие супруги или иные лица, не обладающие свидетельским иммунитетом, могут быть ближе, чем близкие родственники, и поэтому не объективны. Поэтому, подобные вещи не могут устанавливаться на законодательном уровне и освобождать от необходимости свидетельствовать должен суд, учитывая конкретные обстоятельства каждого дела.

Кроме того, при всей информационной ценности свидетельских показаний, главным недостатком их использования является возможная недостоверность информации. Порядок исследования свидетельских показаний и способы изобличения лжи являются важными направлениями усовершенствования исследования показаний свидетелей. Дача ложных показаний – это всегда волевой и осознанный акт, а само принятие решения о даче ложных показаний происходит под воздействием эмоционального напряжения. Ведь, с одной стороны свидетель осознает свою ответственность за дачу ложных показаний, с другой стороны, под влиянием собственных мотивов в его сознании формируется установка на дачу ложных показаний [7]. Данный внутренний конфликт порождает состояние глубокой внутренней тревоги, и ложь становится единственным средством выхода из данной ситуации.

Интересно, что процесс формирования истинных и ложных показаний отличается друг от друга кардинальным образом. Как правило в процессе формирования показаний, выделяют три этапа: восприятие, запоминание и воспроизведение. А. Н. Васильев предлагает четвертый этап – припоминание (узнавание) воспринятого [8]. Некоторые ученые выделяют до 12 этапов [9]. В любом случае, психическая деятельность свидетелей, дающих истинные показания носит репродуктивный характер, в то время, как у свидетеля, сообщающего ложные сведения данная деятельность представляет собой созидательный процесс. В процессе формирования ложных сведений выделяют следующие этапы: 1) восприятие истинного события; 2) его запоминание и осмысление; 3) осознание цели сообщения ложных сведений и последствий этого акта; 4) переработка воспринятого и создание модели будущего лжесвидетельствования; 5) удержание модели ложных показаний в памяти и планирование процесса их сообщения на допросе; 6) воспроизведение ложного показания на допросе [7].

Дача ложных показаний меняет процессы памяти и мышления очень интересным образом. В сознании лица, которое дает недостоверные сведения, формируются две модели события: реальная и вымышленная. Лжец, вспоминает истинное событие, затем создает ложное и пытается оценить насколько оно является правдоподобным. Истинный образ события всегда более ясный, чем ложный, в связи с этим, лицу, дающему ложные показания нужно убирать из памяти реальное событие и заменять его вымышленным. Конкуренция этих двух событий, происходящая в сознании лжеца, зачастую приводит к противоречивости показаний. Лицу, дающему ложные показания необходимо беспрестанно отслеживать свои мыслительные процессы, с целью сообщить суду только те данные, которые соответствуют выдуманному событию. Это нуждается в огромных умственных и эмоциональных ресурсах, необходимо все время предугадывать множество вариантов вопросов, придумывать возможные ответы на них. Так, когда лгущий отвечает на первый вопрос, ему необходимо осуществить три мыслительных операции, на второй – шесть, на третий – уже двенадцать и так далее.

В психологической науке, продумывание собственного будущего поведения и возможного поведения собеседника называется рефлексией. Соответственно, чем выше уровень рефлексии у лица, дающего недостоверную информации, тем сложнее отличить ложь от истины в его словах.

В разное время различными учеными предлагались различные классификации лжи. Так К. М. Мелитан подразделял ложь на: опущение, преувеличение, приукрашивание [10].

Авторы, создавшие коллективную монографию «Техника дезинформации и обмана» выделяют такие виды лжи: полуправда и инсинуация. Суть полуправды состоит в дополнении истинных фактов ложными. Инсинуация же чаще всего проявляется в злостном намерении оклеветать человека, его опорочить, а также в злостном вымысле. С точки зрения ученых, ложь может заключаться в ложных выводах из истинных фактов, смешении правды и клеветы, нарушении временных и логических связей межу фактами, в представлении их в ложных взаимоотношениях. В случаях, когда действительные факты преподносятся в контексте, который искажает их реальное значение и тем самым порочат кого-либо, имеет место диффамация [11].

А. А. Шмидтом была предложена следующая классификация: 1) утверждение вымышленных фактов; 2) сокрытие действительных фактов; 3) отрицание действительных фактов; 4) подмена фактов или извращение [12].

На сегодняшний день, практикуются различные способы борьбы с ложью, основными целями которых являются как предотвращение лжи, так и создание способов изобличения ложных сведений. В идеале, ложь лучше предотвращать, чем изобличать, ведь уже сказанная ложь является причиной новых проблем, ведь допрашиваемый должен отказаться от уже данных показаний, и тогда, к уже существующим мотивам лжи присоединится еще и нежелание признаваться в лжесвидетельстве [13]. Современное законодательство обладает определенными средствами, которые являются эффективными в предотвращении лжи. Это и удаление свидетелей из зала судебного заседания, и отдельный допрос каждого свидетеля, и предупреждение свидетелей об уголовной ответственности.

В ходе допроса свидетелей используется основной и перекрестный допрос. В ходе основного допроса свидетель дает показания, рассказывая о событиях в свободной форме. Далее наступает время перекрестного допроса, в ходе которого свидетель допрашивается по одному и тому же вопросу судом и другими, участвующими в деле лицами, а также их представителями. В первую очередь вопросы задает лицо, по заявлению которого был вызван свидетель, затем другие лица. Суду также предоставлено право непосредственно участвовать в допросе свидетеля, это обусловлено достаточно активной ролью суда в исследовании доказательств, которая сложилась в нашей стране исторически.

В борьбе с ложью, перекрестный допрос является очень эффективным и проверенным средством. Постановка вопросов различными участниками процесса помогает детализировать показания, уточнить сведения, выявить противоречия, устранить неполноту показаний и проверить их достоверность.

С точки зрения автора, действенными методами изобличения ложных свидетельских показаний являются повторный допрос свидетелей и использование противоречий, существующих между свидетельскими показаниями и другими доказательствами. Их использование происходит следующим образом: в ходе допроса свидетеля выявляется противоречие, на которое суд обращает внимание свидетеля, при этом уточняя, правильно ли суд понял показания и подтверждает ли их свидетель. Если ответ положительный, то свидетелю предъявляются достоверные доказательства, которые подтверждают истинные события. После их предъявления, свидетелю предлагается объяснить противоречие в показаниях. При этом проведении допросов свидетелей необходимо создавать условия их безопасности с одной стороны, а с другой, ответственность за дачу ложных показаний должна быть неотвратимой. Актуально предложение Л. А. Смолиной о введении в гражданский процесс института очной ставки свидетелей, что облегчит  суду выбор правдивых свидетельских показаний [14].

После детального изучения особенностей использований свидетельских показаний становится очевидно, что не стоит рассматривать их в качестве бесспорного доказательства. Некоторые события путаются в сознании людей, создаются ложные воспоминания, в которых человек не всегда отдает себе отчет. Кроме того, отдельные свидетели могут намеренно вводить суд и участников процесса в заблуждение, а проблема лжесвидетельства до сих пор не решена в полной мере. Поэтому, к данному средству доказывания судам следует относиться с осторожностью, сопоставляя с другими средствами доказывания, которые используются при рассмотрении каждого конкретного дела. А в случаях, когда приходится сталкиваться с доказательствами по своей правовой природе являющими сведениями-суждениями, лучше вовсе отказаться от их использования. Как говорилось выше, оценочные суждения, доводы, объяснения свидетелей не обладают доказательственной силой и не могут являться доказательством.

Также, судам следует всегда помнить, что свидетельскими показаниями не могут подтверждаться те факты, которые требуют использования письменных доказательств для своего установления.

Кроме того, автором предлагается внести изменение в процессуальный закон, позволяющее суду решать вопрос о свидетельском иммунитете дифференцированно, и освобождать от необходимости свидетельствовать определенных лиц, учитывая конкретные обстоятельства каждого дела. 

Список литературы

  1. Молчанов В. В. Свидетели и свидетельские показания в гражданском судопроизводстве. – М. : Изд. дом «Городец», 2010. – 432 с.
  2. Российская Федерация. Законы. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации : [принят Гос. Думой 23 октября 2002 г. : одобр. Советом Федерации 30 октября 2002 г.]. – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/.
  3. Российская Федерация. Законы. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации [принят Гос. Думой 14 июня 2002 г. : одобр. Советом Федерации 10 июля 2002 г.]. – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_37800/.
  4. Определение Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 5-В09-113// СПС «КонсультантПлюс».
  5. Дрожжин В. Правосудие в Древнем Риме // Российская юстиция. – 1994. – № 10. – С. 34.
  6. Российская Федерация. Законы. Конституция Российской Федерации [принята всенародным голосованием 12.12.1993 г.] // СПС «КонсультантПлюс».
  7. Закатов А. А. Ложь и борьба с нею. – Волгоград, 1984. – С. 46–47.
  8. Васильев А. Н., Карнеева Л. М. Тактика допроса при расследовании преступлений. – М. : Юридическая литература, 1970. – 208 с.
  9. Дулов А. В. Судебная психология. – Минск : Вышэйш. шк., 1975. – 464 с.
  10. Мелитан К. Психология лжи. – М. : А. Сомов, 1903. – 30 с.
  11. Засурский Я. Н. Техника дезинформации и обмана. – М. : Мысль, 1978. – 246 с.
  12. Шмидт А.А. Тактические основы распознавания ложных показаний и изобличения лжесвидетелей: Криминалистическое и криминологическое исследование: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. – 16 с.
  13. Кертэс И. Тактика и психологические основы допроса. – М. : Юридическая литература, 1965. – 153 с.
  14. Смолина Л. А. Очная ставка в гражданском процессе. Проблемы судопроизводства по делам, возникающим из гражданских и административных правоотношений // Сборник статей по материалам международной научно-практической конференции. Северо-Западный филиал ФГБОУВО «Российский государственный университет правосудия». – 2017. – С. 225–229.

 

Материал поступил в редакцию 15.05.2017
© Чебыкина Ю. О., 2017