Абдылдабек – национальный герой своего свободолюбивого народа

Авторы: Омурзакова Турсунай Омурзаковна

.

Рубрика: Исторические науки

Страницы: 113-118

Объём: 0,45

Опубликовано в: «Наука без границ» № 5(33), май 2019

Скачать электронную версию журнала

Библиографическое описание: Омурзакова Т.О. Абдылдабек – национальный герой своего свободолюбивого народа // Наука без границ. 2019. № 5(33). С. 113-118.

Аннотация: В постсоветские годы многие факты, события и явления нашей истории с открытием новых архивных источников, с расширением нашего кругозора, совершенствованием теоретических знаний оцениваются по-другому. И мы попытаемся еще раз осмыслить некоторые моменты этого непростого периода нашей истории.

Появились новые возможности написания не урезанной и искаженной, а полной и правдивой истории кыргызского народа. В прошлом в советской истории считалось, что все те, кто отстаивал национальную независимость, боролся за национальное освобождение народов национальных окраин от гнета Российской империи, являются реакционерами, что они тормозили свершение в будущем победы социалистической революции.

В статье на основе архивных материалов излагается история борьбы целого поколения предков (Тилеке бия,Ажы бия, Алымбек датки и Абдылдабека), которые боролись за независимость кыргызского народа против завоевания кыргызов Джунгарами, Кокандским ханством и царской империей, а также героические подвиги Абдылдабека за независимость киргизского народа.

Обретение Кыргызстаном национального суверенитета послужило мощным стимулом к переосмыслению многовековой истории кыргызов и их предков. Появились новые возможности написания не урезанной и искаженной, а полной и правдивой истории кыргызского народа.

Исходя из догматических идеологизированных установок, советские историки обеляли завоевательную политику царизма, безоговорочно осуждая борцов за национальную свободу. Особенному остракизму были подверг- нуты те из них, которые считались чуждыми по социальному происхож- дению. Жесткий принцип «кто не с нами, тот против нас», утвердившийся в исторической науке, был использован против народных батыров – государ- ственных, общественных и культурных деятелей прошлого. Деяния многих кыргызов из числа беков, манапов и биев были оставлены за рамками истории, а их дети и внуки уже в советское время обьявлены «врагами народа», на них организовывались политические гонения. Таким примером может служить судьба академика Адышева Мусы Мырзапаязовича, который был правнуком Абдылдабека.

Корни Адышева  Мусы  Мырзапаязовича идут от знаменитых Тилеке бия (XVII в.), который боролся за независимость киргизского народа против жунгаров и его сына Ажибек бия, сражавшегося против завоевания Кокандских властей территории киргизов (XVIII в.). Алымбек датка был внуком Ажибек бия, а Абдылдабек старшим сыном Алымбека датки.  Сыном Абдылдабека был Мырзапаяз, сыном Мырзапаяза был Адыш, сыном Адыша - академик Муса Адышев.

Долгие годы, будучи директором института геологии АН Кирг. ССР, Муса Адышев  преследовался и страдал из-за своего происхождения. Его вызывали в ЦК Компартии и спрашивали, почему он скрывает свое бай-манапское происхождение, был выдан строгий выговор, который внесли в личное дело и обязали везде указывать, что его происхождение бай-манапское. Его вывели из состава президиума Академии наук, устраивали многочисленные проверки его деятельности, и он долгое время в своей биографии вынужден был писать “бай-манаптын тукуму”/ предок дворянина.

Если раньше кто-либо осмеливался о них писать с положительной стороны, то он автоматически зачислялся в разряд антимарксистов и националистов, идеализирующих представителей эксплуататорского класса. Соответственно, таким людям было сложно продвигаться вверх по карьерной лестнице.

В  постсоветские  годы  многие факты, события и явления нашей истории с открытием новых архивных источников, с расширением нашего кругозора, совершенствованием теоретических знаний оцениваются по-другому. И мы попытаемся еще раз осмыслить некоторые моменты этого непростого периода нашей истории.

Военный министр Российской империи генерал-майор Д.А. Милютин официально объявил 19 февраля 1876 г., что  «Государь  Император, согласно представлению Командующего войсками Туркестанского военного округа, в 19-й день сего февраля, Высочайше повелеть соизволил:

1. Вновь занятую русскими войсками территорию, составляющую до прошлого 1875 г. ханство Кокандское, включить в границы Империи и образовать из нея область Ферганскую...» [ 1, л. 5].

Тем не менее, это не означало полного и окончательного подавления восстания в Кокандском ханстве, в действительности оно продолжалось вплоть до начала января 1877 г. А это было связано прежде всего с тем, что свободолюбивое население Алая не могло успокоиться, то здесь, то там вспыхивали бунты и восстания, и новому начальнику области, генерал-майору М.Д. Скобелеву пришлось приложить немало труда и забот, прежде чем край был окончательно завоеван.

В Государственном военно-историческом архиве РФ хранится донесение, относящееся к сведениям об Алайском походе: «Результатом славной компании 1875-76 гг. было присоединение к империи Кокандского ханства; оседлое  население, а также часть кочевого (кипчаки), убедившись в своем безсилии против русского оружия, легко подчинились нашей власти. Вопрос же об умиротворении многочисленного кара-киргизского населения, бывшего ханства, вследствие совокупности политических и исторических условий остался еще нерешенным», - признавался Туркестанский генерал-губернатор К.П. фон - Кауфман [2, л. 137].

Русские генералы, изучая свободолюбие кыргызов отмечали, что кыргызы, «никогда даже при сильных ханах не выражались обычною поддан- ным покорностью». Отличаясь большей воинственностью своих горных кочевок, кара - киргизы весьма легко, можно сказать периодически - летом, возмущались против ханов, обыкновенно служа орудием какой-либо враждеб ной хану партии, а ханские войска, посылаемые против мятежников не бывали в силах проникнуть вглубь горных ущелий, если же и проникали туда, то подвергались поголовному истреблению», далее «относительная же подчиненность (к кокандскому хану - Т.О.) кара-киргизов обусловливалась лишь зависимостью их от базаров в предгорных кишлаках и расположением многих зимовок вблизи последних т.е. на местности более доступной» [3, л. 140-140 об. ].

Как известно, в 1873 г. в Кокандском ханстве началось самое продолжи- тельное восстание против ханского гнета, которое в 1875 году переросло в народно-освободительное движение против колониального Туркестанского генерал-губернаторства. На этом этапе основной движущей силой были все слои населения. Идеологией было освобождение всей бывшей территории ханства и восстановление независимости. В этом восстании самое активное участие принял Абдылдабек – старший сын Алымбека датки.

Для того, чтобы более зримо представить себе роль Абдылдабека как предводителя свободолюбивых кыргызов, стоит обратить внимание на следующую оценку похода М.Д. Скобелева, после занятия Оша на Гульчу, в Алайские горы, о котором А.Семенов писал, что здесь «укрывались скопища киргиз, подстрекаемых сыновьями «Алайской царицы» – Курманджан-датха» [4, с. 43].

«Абдуллабек – славный сын киргизского народа, ибо он является поис- тине национальным героем киргизов, который до конца своей жизни остался преданным своим идеалам и настоящим сыном своего свободолюбивого народа, - писал ученый Х.Н. Бабабеков, - это он, Абдуллабек, со своими единомышленниками многие месяцы после официальной ликвидации Коканд ского ханства 19 февраля 1876 года не давал покоя царским генералам России, сражаясь с хорошо вооруженным и обученным колониальным регулярным войском» [5, с. 107].

Из вышеописанного отрывка видно, что Абдылдабек достаточно долго изматывал силы колониальных царских войск, оказал самое упорное сопротивление, поэтому против самого Абдылдабека была организована настоящая охота. С этой целью посылались против него специальные отряды, сформированные из джигитов Шабдана. По утверждению академика Х.Н. Бабабекова, по незнанию местности нельзя было обойтись без помощи местных кыргызов, поэтому М.Д. Скобелев пригласил Шабдана, который собрал сорок кыргызских джигитов и прибыл к Скобелеву в г. Ош [6, с. 108]. Были получены сведения, что в урочище Гульча, в 65-70 верстах от Оша собираются отряды под предводительством Абдылдабека. По признанию генерала Колпаковского, «киргизы до сего времени не изъявляют покорности и несмотря на то, что генерал Скобелев письменно требовал немедленной явки к себе родоправителей, не присылают депутатов» [7, 261-262].

По этому поводу М. Д. Скобелев писал: «24 марта я получил в Маргелане сведения, что шайка вооруженных кара-киргиз 1000 человек..., под стрекательством Абдуллабека, прервали караванное сообщение с Кашгаром, заняли необыкновенно сильную позицию в ущелье Янги-арыка, в 25 верстах от укрепления Гульча, провозгласили газават. 24 апреля лично двинулся в Гульчу с конными стрелками и стрелками 4-го линейного батальона, его командой казаков, и возводили ракеты по караванной дороге к Терек-Давану. Сильный доблестью войск, 25 апреля штурмовали 150 штыками позиции на крутых, скалистых высотах ущелья Янги-Арыка, усиленную двумя рядами завалов, затянутую 1500 неприятелем, зарывшиеся в 2 яруса, после 2-часового упорного боя, конные стрелки 2го стрелкового батальона и 4го линейного, штыками выбили неприятеля. Наши потери 2 убитых, ранены есаул Штакельберг, 8 нижних чинов. Неприятель потерял не менее 150 убитыми» [8, л.30-30 об.].

По имеющимся сведениям, в этом сражении при Жанырыке 25 апреля 1876 г. на стороне повстанцев участвовало до 1500 человек, преимущест- венно кыргызы. Во главе восстания стояли Абдылдабек, Омурбек, Сулайман удайчы, Таныкул пансат и Валихан торо. Генерал М.Д. Скобелев, собрав точные сведения о восставших, решил  окончательно решить кыргызский вопрос. В то же время Алайская долина имела стратегическое значение для империи так, как по словам М.Д. Скобелева, покорение Алая являлось необходимостью для основательности решения вопроса границы с Кашгаром и Каратегином, и представляло научный интерес.

Для осмотра входа в ущелье были посланы сначала несколько джигитов, а после них гвардии штабс-капитан Боголюбов. При подходе к ущелью на 200 шагов по ним был открыт сильный и меткий огонь из за завалов на хребте, в то же время обнаружилось, что хребет этот до самой вершины был занят многочисленным отрядом восставших, укрывшихся за каменными завалами. В этих сражениях восставшие потеряли до 150 человек убитыми, несколько человек были взяты в плен. Соединившись с колонией майора Ионова, генерал М.Д. Скобелев продолжил преследование отступающих повстанцев до Сопу-Кургана и далее по дороге на Алай.

Далее в донесении об Алайском походе командующему военного округа говорится о том, что «17 июля близ урочища Лянгар напала шайка киргиз, капитан Куропаткин был тяжело ранен, 27 июля в Сопу-Коргон был отправлен к Абдуллабеку полковник Витгенштейн 20 колонным стрелками и джигитами Шабдана преследовали кара-киргиз» [9, л. 157].

21 июля 1876 г. генерал М. Д. Скобелев предложил Абдуллабеку сдаться русским властям [10, л. 194]. Однако Абдылдабек отклонил это предложение, обвинив К.П. Кауфмана и его подчиненных в обмане и в нарушении ранее принятых условий договоров. В частности он писал: «...если Вы держали бы крепко данные условия, то мы не занимались бы этим делом. Поэтому на основании вышеизложенных причин мы будем всячески бороться, пока есть душа в теле. Мы кочевники, нам не нужна ни казна, ни имущество, пропитаемся чем бог пошлет», отвечал Абдылдабек [11, л. 286-287]. Его разочаровала  безпринципность  царских генералов, которое не сдержали свое обещание и обманом пытались достичь своей цели. 

28 июля отряд Скобелева перешел на Уч Добо в полном составе. Здесь было получено известие о неудачных переговорах и об отступлении повстанцев на Кызыларт. 30 июля капитан Боголюбов с джигитами Шабдана решили неожиданно напасть на повстанцев. Князь Витгенштейн с 20 конными стрелками решил преследовать Абдылдабека, те, в свою очередь узнав о приближении хорошо вооруженных карательных отрядов царских войск, разделились на две группы и ушли в ущелье Туюк-Суу, ведущее через пустынную местность в Кашгар и Шугнан, а затем в Афганистан, полковник потерял след восставших и вернулся назад. Русские вооруженные отряды вели настоящую интенсивную охоту на Абдылдабека, который старался не ввязываться в неравное сражение, вел партизанскую войну, тем самым он сохранял жизнь своих соотечественников.

Тем не менее, население Алая еще не было полностью покорено, так как отдельные вспышки восстания еще происходили в отдельных районах и Абдылдабек со своей матерью Курманжан даткой не сложили оружия. Генерал Скобелев был вынужден лично встретиться с Курманжан даткой и принять ее условия: непреследование восставших, освобождение пленных алайцев, разрешение ее сыновьям возвратиться на родину и т.д. [12, с. 141]. Только после этого восстание было прекращено и К.П. фон-Кауфман только в январе 1877 г. телеграфировал в Санкт-Петербург о полной победе. Однако Абдылдабек отказался служить русской колониальной власти и решил уехать в Мекку на паломничество (хадж), однако по дороге заболел и умер (его тело впоследствии было перевезено в Гульчу и похоронено там). Абдылдабек отступил,  но не покорился своим врагам.

Война на Алае была для Туркестанского генерал-губернаторства и в целом для царской России очень трудной, равнозначной предыдущим, о чем свидетельствуют рапорты, приказы, отчеты царских офицеров, в частности подписанный генерал-адьютантом К.П. Кауфманом: «Война... в Ферганской области, после столь достославной боевой деятельности последнего времени, т.е. после славного похода, результатом которого было приведение бывшего Кокандского ханства в подданстве Великого Государя нашего и после столь же славного и не менее трудного похода в Алайские горы...», - признавал первый Туркестанский генерал-губернатор. Далее он, описывая события 1876-1877 гг. отмечал, что борьба происходила не с ханом, а с народным движением, которое оказалось не так легко подавить. Никогда еще в Средней Азии царским войскам не приходилось испытывать такой продолжительной и упорной борьбы. Мы в первый раз столкнулись с энергичным бойцом и поняли, что бороться с населением гораздо труднее, чем с деспотами среднеазиатских ханств [13, л. 52].

Итак, материалы сохранившиеся в Государственном военно-историчес ком архиве Москвы, исторических архивах Санкт-Петербурга и Ташкента, свидетельствуют, о том, что – старший сын знаменитого Алымбека датки – Абдылдабек был одним из ярких и храбрых предводителей народно-освободительного движения второй половины XIX века, который боролся в неравной борьбе против колониальной политики Российской империи, и он поистине является национальным героем своего свободолюбивого народа.

Список литературы
1. РГВИА РФ., ф. 1291, оп. 82, д. 3, л. 5.
2. РГВИА РФ., ф. 1291, оп. 82, д. 3, л. 136 -196.
3. РГВИА РФ., ф. ВУА (846) оп.16, л.140-140 об.
4. РГВИА РФ.,  ф. ВУА. (846) оп.16, л. 24.
5. Семенов А. “Кауфманский сборник, изданный в память 25 лет, истекших со дня смерти покорителя и устроителя Туркестанского края генераладъютанта К.П. Фон-Кауфмана 1-го”. – М., 1910.
6. Бабабеков Х.Н. Алайская царица в исследованиях узбекских ученых // Абдулла-бек – сын царицы Алая. – Ташкент, Бишкек, 2011.
7. ЦГА УзР. Ф. И-715, оп. 1, д. 67, л. 261-262.
8. РГВИА РФ., ф. ВУА (846) оп.16, л.30-30 об.
9. РГВИА РФ., ф. ВУА (846) оп.16, л.157.
10. ЦГА Уз. Р. д. 68,  л.194.
11. РГВИА Ф. 1396, оп.2, д.97, л. 286-287.
12. Омурзакова Т. Курманжан датка. Эпоха. Личность. Деяния. – Б., 2002.
13. РГВИА. Ф.ВУА. (846) оп.16, л.52.

Материал поступил 09.05.2019
© Омурзакова Т.О., 2019